Рисунок Эдуарда Кулиша.


Уличные пожары в Европе гасят водомётами. Чем гасить пожар в экономиках и в головах брюссельских стратегов, Старый Свет объяснить не берётся. А в Петербурге Владимир Путин три часа беседовал со Стивом Уиткоффом о том, как остановить войну - её, судя по всему, хотят остановить все, кроме главных европейских спонсоров.


 


Пар стравили, котёл пока цел


Начнём с картинки, которую нам старательно подсовывают отечественные ретрансляторы западных телеканалов: Франция в огне. Точнее, не только Франция - с середины октября волна протестов накрыла Италию, Испанию, Португалию, Бельгию, Голландию. 
Началось всё, как водится, со школьного вопроса. 17 сентября в Кретее, юго-восточном пригороде Парижа, вышли ученики и учителя - требовали денег на образование. К 6 октяб­ря к ним присоединились недовольные стоимостью жизни, и на улицы французских городов вышли уже сотни тысяч. 17 октября - кульминация: слезоточивый газ, водомёты, больше двух тысяч задержанных. 24 октября - новая волна: организаторы обещали до 600 тысяч человек, BFMTV насчитал 410 тысяч. В Париже ввели комендантский час, полиции выставили 90 тысяч против 60 тысяч неделей раньше. На 5 ноября обсуждают всеобщую забастовку.
17 октября беспорядки накрыли Милан, Болонью и Турин, начались в Испании, Бельгии и Португалии с их жилищным вопросом. 22 октября вспыхнул Белград накануне досрочных выборов, в Албании столкновения идут с 13 октября. Глава МВД Германии Александер Добриндт предупредил, что французский пожар может перекинуться через Рейн, а сопредседатель Алиса Вайдель заговорила о риске гражданской войны.
Отметим, что массовые беспорядки в Европе не стоит сравнивать с «русским бунтом, бессмысленным и беспощадным». У европейцев всё прагматично, даже когда они жгут автомобили. Это не стихия, это технология. Штатный «выпуск пара в свисток», заложенный в их политическую ДНК ещё со времён Великой французской революции. Даже если в итоге это приводит к отставке правительств (в том числе - с гильотинированием некоторых особо нелюбимых персонажей), система не рушится - она лишь сбрасывает старую кожу.
Но есть и обратная сторона медали. Беспорядки - это не просто способ канализировать недовольство масс. Это симптом, указывающий на системную болезнь европейских экономик и политических институтов. 
Генри Сардарян, декан факультета управления и политики МГИМО, заметил, что западные лидеры, развязавшие украинский конфликт, либо уже сошли со сцены, либо готовятся к уходу, потому что их рейтинги пробили исторический минимум. «Это уже не политические карлики - это политические инфузории-туфельки, бактерии политические», - сказал он. 
И чем хуже социально-экономическая обстановка в странах Европы, тем меньше у них шансов избежать очередного самоубийственного Drang nach Osten.
«Европейские элиты оказались в ловушке собственного бессилия, - отмечает директор Института международных политических и экономических стратегий (РУССТРАТ) Елена Панина. - Они не способны решить внутренние проблемы, поэтому им жизненно необходимо найти внешнего врага. Дранг нах Остен для Брюсселя и Лондона - это не просто геополитическая фантазия, это последний шанс оправдать собственное паразитирование и сплотить расколотое общество перед лицом мнимой «российской угрозы».
Европейские экономики не готовы к войне - ни финансово, ни промышленно. Но курс на втягивание НАТО, то есть США, в прямое столкновение с Россией остаётся неизменным. Это как раз тот случай, о котором политолог, профессор Института медиа НИУ ВШЭ Дмитрий Евстафьев говорит: милитаризация Европы была неизбежной, потому что конфликт на Украине показал отсталость европейской стратегии и невозможность опираться на американские гарантии. И заметьте: даже если бы никакой Украины не было, милитаризация всё равно началась бы - из-за геоэкономической изоляции, в которой Европа оказалась по собственной глупости.
Вот и получается: чем хуже социально-экономическая обстановка в Европе, тем меньше у неё шансов избежать очередного самоубийственного Drang nach Osten. Логика, конечно, извращённая. Но европейская. 
«Заявления европейских стран о якобы угрозе войны с Россией являются политичес­кой шизофренией», - констатировал президент России Владимир Путин 22 октября, добавив: «Народы Европы не хотят воевать с Россией». Народы - да. Элиты - другое дело.
«Европа делает ставку на эскалацию, потому что только война может законсервировать их власть, - констатирует Дмитрий Евстафьев. - Мирный договор станет для них приговором. Им нужно, чтобы американский солдат встал между ними и Россией».


«Мира к Рождеству не будет»


3 ноября в США промежуточные выборы: все 435 мест Палаты представителей, треть Сената и губернаторские кампании в 36 штатах из 50. Трампу нужен результат до, а не после. Отсюда спешка: 21 октября спецпосланник Стив Уиткофф провёл в Константиновском дворце около трёх часов с Владимиром Путиным. Помощник президента Юрий Ушаков по итогам сообщил, что Москва «в принципе готова возобновить» трёхсторонние переговоры в десятых числах ноября.
Дальше - арифметика, в которой нет ничего мистического. Профессор ВШЭ Марат Баширов объясняет прямо: «Трамп хотел бы, чтобы боевые действия на Украине прекратились к католическому Рождеству... Но, на мой взгляд, процесс затянется, и какое-то урегулирование по Украине стоит ожидать только в 2027 году». 


Жест доброй воли - и дроны в ответ


Начальник Генштаба Валерий Герасимов объявил прекращение огня на всём херсонском направлении с четырёх утра 27 октября - ради прохода гуманитарной колонны в Алёшки. Белый дом подтвердил: с 29-го в прифронтовом городе заработает локальное перемирие для помощи и эвакуации жителей. Картина жуткая: из 24 тысяч довоенных жителей остались одна-две тысячи, среди них около пятидесяти детей. Координацию взяла первая леди США Мелания Трамп - Путин на встрече с Уиткоффом отдельно поблагодарил её за «урегулирование вопросов гуманитарного характера».
А дальше - традиционный киевский ход: в ночь на 24 октября над российскими регионами перехватили 616 беспилотников, в ночь на 25-е - 532. Минэнерго сообщило: из-за «внешнего воздействия» обесточена часть Крыма, Херсонской и Запорожской областей, ДНР и ЛНР. В Севастополе ввели график «два через шесть», на полуострове ограничили подачу воды. Днём раньше десятки дронов ударили по промышленному кластеру Омска, включая нефтехимические предприятия, - за тысячи километров от линии фронта.
Знакомый украинский почерк. 
Позиция Москвы предельно ясна и прозрачна. Россия демонстрирует готовность обсуждать мирные инициативы, но не намерена играть в одни ворота с террористами. 
«Мы открыты к мирным инициативам и делаем шаги навстречу, но не намерены поступаться интересами России и наших граждан, - в который раз расставил все точки над «i» президент России Владимир Путин. - Главнейшее условие для урегулирования - это надёжные, закреплённые юридически гарантии безопасности. Но кто их может дать? Сегодня в Киеве нет легитимной власти».
Точка. Точка над «i», которую коллективный Запад упорно не желает замечать.

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.
Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.
Есть вопросы. Напишите нам.
Общие правила  поведения на сайте.
Рисунок Эдуарда Кулиша. Уличные пожары в Европе гасят водомётами. Чем гасить пожар в экономиках и в головах брюссельских стратегов, Старый Свет объяснить не берётся. А в Петербурге Владимир Путин три часа беседовал со Стивом Уиткоффом о том, как остановить войну - её, судя по всему, хотят остановить все, кроме главных европейских спонсоров. Пар стравили, котёл пока цел Начнём с картинки, которую нам старательно подсовывают отечественные ретрансляторы западных телеканалов: Франция в огне. Точнее, не только Франция - с середины октября волна протестов накрыла Италию, Испанию, Португалию, Бельгию, Голландию. Началось всё, как водится, со школьного вопроса. 17 сентября в Кретее, юго-восточном пригороде Парижа, вышли ученики и учителя - требовали денег на образование. К 6 октяб­ря к ним присоединились недовольные стоимостью жизни, и на улицы французских городов вышли уже сотни тысяч. 17 октября - кульминация: слезоточивый газ, водомёты, больше двух тысяч задержанных. 24 октября - новая волна: организаторы обещали до 600 тысяч человек, BFMTV насчитал 410 тысяч. В Париже ввели комендантский час, полиции выставили 90 тысяч против 60 тысяч неделей раньше. На 5 ноября обсуждают всеобщую забастовку. 17 октября беспорядки накрыли Милан, Болонью и Турин, начались в Испании, Бельгии и Португалии с их жилищным вопросом. 22 октября вспыхнул Белград накануне досрочных выборов, в Албании столкновения идут с 13 октября. Глава МВД Германии Александер Добриндт предупредил, что французский пожар может перекинуться через Рейн, а сопредседатель Алиса Вайдель заговорила о риске гражданской войны. Отметим, что массовые беспорядки в Европе не стоит сравнивать с «русским бунтом, бессмысленным и беспощадным». У европейцев всё прагматично, даже когда они жгут автомобили. Это не стихия, это технология. Штатный «выпуск пара в свисток», заложенный в их политическую ДНК ещё со времён Великой французской революции. Даже если в итоге это приводит к отставке правительств (в том числе - с гильотинированием некоторых особо нелюбимых персонажей), система не рушится - она лишь сбрасывает старую кожу. Но есть и обратная сторона медали. Беспорядки - это не просто способ канализировать недовольство масс. Это симптом, указывающий на системную болезнь европейских экономик и политических институтов. Генри Сардарян, декан факультета управления и политики МГИМО, заметил, что западные лидеры, развязавшие украинский конфликт, либо уже сошли со сцены, либо готовятся к уходу, потому что их рейтинги пробили исторический минимум. «Это уже не политические карлики - это политические инфузории-туфельки, бактерии политические», - сказал он. И чем хуже социально-экономическая обстановка в странах Европы, тем меньше у них шансов избежать очередного самоубийственного Drang nach Osten. «Европейские элиты оказались в ловушке собственного бессилия, - отмечает директор Института международных политических и экономических стратегий (РУССТРАТ) Елена Панина. - Они не способны решить внутренние проблемы, поэтому им жизненно необходимо найти внешнего врага. Дранг нах Остен для Брюсселя и Лондона - это не просто геополитическая фантазия, это последний шанс оправдать собственное паразитирование и сплотить расколотое общество перед лицом мнимой «российской угрозы». Европейские экономики не готовы к войне - ни финансово, ни промышленно. Но курс на втягивание НАТО, то есть США, в прямое столкновение с Россией остаётся неизменным. Это как раз тот случай, о котором политолог, профессор Института медиа НИУ ВШЭ Дмитрий Евстафьев говорит: милитаризация Европы была неизбежной, потому что конфликт на Украине показал отсталость европейской стратегии и невозможность опираться на американские гарантии. И заметьте: даже если бы никакой Украины не было, милитаризация всё равно началась бы - из-за геоэкономической изоляции, в которой Европа оказалась по собственной глупости. Вот и получается: чем хуже социально-экономическая обстановка в Европе, тем меньше у неё шансов избежать очередного самоубийственного Drang nach Osten. Логика, конечно, извращённая. Но европейская. «Заявления европейских стран о якобы угрозе войны с Россией являются политичес­кой шизофренией», - констатировал президент России Владимир Путин 22 октября, добавив: «Народы Европы не хотят воевать с Россией». Народы - да. Элиты - другое дело. «Европа делает ставку на эскалацию, потому что только война может законсервировать их власть, - констатирует Дмитрий Евстафьев. - Мирный договор станет для них приговором. Им нужно, чтобы американский солдат встал между ними и Россией». «Мира к Рождеству не будет» 3 ноября в США промежуточные выборы: все 435 мест Палаты представителей, треть Сената и губернаторские кампании в 36 штатах из 50. Трампу нужен результат до, а не после. Отсюда спешка: 21 октября спецпосланник Стив Уиткофф провёл в Константиновском дворце около трёх часов с Владимиром Путиным. Помощник президента Юрий Ушаков по итогам сообщил, что Москва «в принципе готова возобновить» трёхсторонние переговоры в десятых числах ноября. Дальше - арифметика, в которой нет ничего мистического. Профессор ВШЭ Марат Баширов объясняет прямо: «Трамп хотел бы, чтобы боевые действия на Украине прекратились к католическому Рождеству. Но, на мой взгляд, процесс затянется, и какое-то урегулирование по Украине стоит ожидать только в 2027 году». Жест доброй воли - и дроны в ответ Начальник Генштаба Валерий Герасимов объявил прекращение огня на всём херсонском направлении с четырёх утра 27 октября - ради прохода гуманитарной колонны в Алёшки. Белый дом подтвердил: с 29-го в прифронтовом городе заработает локальное перемирие для помощи и эвакуации жителей. Картина жуткая: из 24 тысяч довоенных жителей остались одна-две тысячи, среди них около пятидесяти детей. Координацию взяла первая леди США Мелания Трамп - Путин на встрече с Уиткоффом отдельно поблагодарил её за «урегулирование вопросов гуманитарного характера». А дальше - традиционный киевский ход: в ночь на 24 октября над российскими регионами перехватили 616 беспилотников, в ночь на 25-е - 532. Минэнерго сообщило: из-за «внешнего воздействия» обесточена часть Крыма, Херсонской и Запорожской областей, ДНР и ЛНР. В Севастополе ввели график «два через шесть», на полуострове ограничили подачу воды. Днём раньше десятки дронов ударили по промышленному кластеру Омска, включая нефтехимические предприятия, - за тысячи километров от линии фронта. Знакомый украинский почерк. Позиция Москвы предельно ясна и прозрачна. Россия демонстрирует готовность обсуждать мирные инициативы, но не намерена играть в одни ворота с террористами. «Мы открыты к мирным инициативам и делаем шаги навстречу, но не намерены поступаться интересами России и наших граждан, - в который раз расставил все точки над «i» президент России Владимир Путин. - Главнейшее условие для урегулирования - это надёжные, закреплённые юридически гарантии безопасности. Но кто их может дать? Сегодня в Киеве нет легитимной власти». Точка. Точка над «i», которую коллективный Запад упорно не желает замечать.